Джеймс Сандерленд с трудом справляется с болью от расставания. Его мысли постоянно возвращаются к ней, к той пустоте, что осталась после её ухода. Однажды в его почтовом ящике оказывается конверт без обратного адреса. Внутри — лишь несколько строк, написанных её почерком, с призывом встретиться в Сайлент Хилле. Сердце сжалось от смеси надежды и тревоги.
Он отправляется в путь, не зная, что его ждёт. Город, куда он приезжает, лишь отдалённо напоминает то тихое место, о котором он слышал. Воздух здесь густой, наполненный пеплом, который беззвучно оседает на пустынных улицах. Тишина не естественна, она давит. Джеймс шагает по опустевшим тротуарам, окликая её имя, но эхо возвращается к нему искажённым, словно насмехаясь.
Вскоре он понимает, что всё здесь искажено. Знакомые очертания зданий изгибаются под невероятными углами, законы пространства будто перестали действовать. А ещё здесь есть... другие. Существа, ползающие в тумане, слышны лишь по скрежету и шороху. Иногда в тенях мелькают силуэты, напоминающие то, о чём он боится даже думать. Каждая встреча заставляет его сомневаться в собственном рассудке. Что реально? Галлюцинация ли это, наваждение или же город действительно живёт своей чудовищной жизнью?
Его цель — найти её. Эта мысль — единственный якорь, удерживающий его от полного безумия. Он пробирается через заброшенные больницы, гостиницы, исследует тёмные подвалы, находя обрывки записок, намёки, загадки. Каждая находка не проясняет картину, а лишь запутывает её сильнее, заставляя пересматривать собственные воспоминания. Был ли их союз таким, каким он его помнит? Кто на самом деле та женщина, которую он ищет?
Ужас подстерегает не только снаружи. Самые страшные монстры рождаются в его голове, принимая обличья из его же прошлого, его страхов и чувства вины. Чтобы двигаться вперёд, Джеймсу приходится сражаться не только с тварями в тумане, но и с самим собой. Его силы на исходе, но он не может остановиться. Где-то здесь, в самом сердце этого кошмара, она ждёт его. Он должен дойти до конца, чтобы узнать правду, какой бы горькой она ни оказалась, и попытаться всё исправить. Или хотя бы найти покой.
